ПЕРВАЯ ИГРА ОТ ЗЕРКАЛА!
Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. «Я не хочу бегать с автоматом по улице». Лукашенко — об освобожденных политзаключенных, оставленных в Беларуси
  2. «Села ў турму за тое, што 20 рублёў мне пералічыла ў СІЗА». В Литву приехала часть освобожденных политзаключенных — первые впечатления
  3. Россия может готовить наступление на Донбассе: что фиксируют аналитики
  4. «Была просто телом, которому что-то надо делать». Супруга директора ЕРАМ — о тяжелом лечении от рака, рецидиве и надежде
  5. «Она уже давно в Беларуси». Отец Анжелики Мельниковой признался, что она жива и здорова
  6. В Минске дорожает проезд в городском общественном транспорте
  7. Бывшая «правая рука» Лукашенко и его спутница скупают землю в крошечной деревне. Рассказываем детали
  8. «Плошчы-2006» — 20 лет. Поговорили с участницей, одной из первых поставивших палатку в самом центре Минска
  9. Более 2000 дней за решеткой. Как известные политзаключенные выглядели до и после освобождения
  10. Сначала почти лето, потом понадобятся зонты. Прогноз погоды на неделю
  11. «Знала много чувствительной информации, и не только о нас»: Павел Латушко — о возможном появлении Мельниковой в Минске


8 октября в суде Центрального района Минска начнется рассмотрение уголовного дела бывшего следователя Егора Вершинина. Об этом сообщается в расписании заседаний на сайте Верховного суда.

Фото из соцсетей
Фото из соцсетей

Егору Вершинину вменяется «народная» статья 342 — «организация и подготовка действий, грубо нарушающих общественный порядок, либо активное участие в них». Санкция предусматривает до пяти лет ограничения или до четырех лет лишения свободы.

Обвиняемый, напомним, бывший следователь. В органах он отслужил более шести лет. После чего перешел в IT-сферу, работал в компании, которая занимается спортивной аналитикой.

«Егор, как бывший следователь, был возмущен уровнем насилия, который применялся к гражданам в августе 2020 как во время их задержаний, так и во время последующего их содержания в ИВС и ЦИП на Окрестина, а также отсутствием правовой оценки действий сотрудников, со стороны которых было насилие. Во время службы Егора к подозреваемым по уголовным делам, находившимся у него в производстве, во время задержаний необоснованная физическая сила не применялась», — рассказал «Нашай Ніве» брат Егора.