Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. В странах Европы стремительно растет количество случаев болезни, которую нельзя искоренить. В Беларуси она тоже угрожает любому
  2. Лукашенко потребовал «внятный, конкретный, выполнимый» антикризисный план для региона с «ужаснейшей ситуацией»
  3. «Масштаб уступает только преследованиям за протесты 2020 года». Что известно об одном из крупнейших по размаху репрессий дел
  4. Завещал беларуске 50 миллионов, а ее отец летал с ним на вертолете за месяц до ареста — что еще стало известно из файлов Эпштейна
  5. На среду объявили оранжевый уровень опасности из-за морозов
  6. Чиновница облисполкома летом 2020-го не скрывала свою позицию и ходила на протесты — она рассказала «Зеркалу», что было дальше
  7. «Судья глаз не поднимает, а приговор уже готов». Беларуска решила съездить домой спустя семь лет эмиграции — но такого не ожидала
  8. В Беларуси ввели новый налог. Чиновник объяснил, кто будет его платить и о каких суммах речь
  9. «Только присел, тебя „отлюбили“». Популярная блогерка-беларуска рассказала, как работает уборщицей в Израиле, а ее муж пошел на завод
  10. Лукашенко подписал изменения в закон о дактилоскопии. Кто будет обязан ее проходить
  11. 20 лет назад беларус был вторым на Играх в Италии, но многие считали, что его кинули. Рассказываем историю знаменитого фристайлиста
  12. Украинские контратаки под Купянском тормозят планы России на Донбассе — ISW
  13. В нескольких районах Беларуси отменили уроки в школах из-за мороза. А что с садиками
  14. Электричка в Вильнюс и возвращение посольств. Колесникова высказалась о диалоге с Лукашенко
  15. «За оставшихся в Беларуси вступиться просто некому». Как государство хотело наказать «беглых», а пострадали обычные люди


В одном из детских домов семейного типа в Гродненской области родители-воспитатели в течение пяти лет били своих приемных детей в «воспитательных» целях, издевались над ними и запугивали, чтобы они никому не рассказали о происходящем в семье. К такому выводу пришел суд, который рассмотрел уголовное дело против супругов-воспитателей. Подробности рассказал официальный представитель Следственного комитета Александр Суходольский в эфире программы «Причины и следствие» на «Радио-Минск».

Фото: Caleb Woods, Unsplash
Фото: Caleb Woods, Unsplash

Как установило следствие, жестокие методы «воспитания» в семейном детском доме применялись с 2016-го по июнь 2021 года. Родители избивали детей ремнем, собачьим поводком, крапивой, линейкой, скакалкой, нанося удары по разным частям тела, в том числе по спине и лицу. Кроме того, они заставляли малышей стоять спиной к стене на полусогнутых ногах. Пятилетнюю девочку закрывали в подвале в темноте на всю ночь.

При этом никто не подозревал о происходящем, вопросов к семье не было, проверяющие, которые ее посещали, отмечали, что родители-воспитатели уделяют приемным детям достаточно времени, помогают в учебе, учат дисциплине и порядку. Но в конце концов появились сигналы о проблемах. Следствие настояло на опросе детей психологом. Поговорили с девятью воспитанниками семьи в возрасте от 4 до 11 лет.

«Малыши стали рассказывать, что их действительно избивали за провинности и били столько раз, сколько им было лет. Воспитатели запугивали малышей и предупреждали, чтобы они ничего никому не рассказывали по поводу избиений», — рассказал представитель СК.

Тогда начали расследование, допросили родителей и детей, педагогов, односельчан. Следователи получили доступ к переписке членов семьи в соцсетях. Так они увидели, что мачеха писала воспитанникам, как и что им говорить на следствии. Дети из-за этого меняли показания, лгали следователям, что в семье все хорошо.

В итоге обоим родителям предъявили обвинение по ст. 176 УК «Жестокое обращение с подопечными, повлекшее существенное ущемление их прав и законных интересов». Женщину также обвинили в незаконном лишении свободы (ч. 1 ст. 183) и истязании несовершеннолетнего (ч. 2 ст. 154 УК).

Суд признал обоих виновными. Мать-воспитателя приговорили к 2 годам лишения свободы в колонии общего режима и штрафу в 50 базовых величин. Ее супругу назначили два года ограничения свободы с направлением в исправительное учреждение открытого типа («химия»).