ПЕРВАЯ ИГРА ОТ ЗЕРКАЛА!
Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. В Минске дорожает проезд в городском общественном транспорте
  2. Более 2000 дней за решеткой. Как известные политзаключенные выглядели до и после освобождения
  3. «Она уже давно в Беларуси». Отец Анжелики Мельниковой признался, что она жива и здорова
  4. Сначала почти лето, потом понадобятся зонты. Прогноз погоды на неделю
  5. Бывшая «правая рука» Лукашенко и его спутница скупают землю в крошечной деревне. Рассказываем детали
  6. «Плошчы-2006» — 20 лет. Поговорили с участницей, одной из первых поставивших палатку в самом центре Минска
  7. «Я не хочу бегать с автоматом по улице». Лукашенко — об освобожденных политзаключенных, оставленных в Беларуси
  8. «Села ў турму за тое, што 20 рублёў мне пералічыла ў СІЗА». В Литву приехала часть освобожденных политзаключенных — первые впечатления
  9. «Знала много чувствительной информации, и не только о нас»: Павел Латушко — о возможном появлении Мельниковой в Минске
  10. Россия может готовить наступление на Донбассе: что фиксируют аналитики
  11. «Была просто телом, которому что-то надо делать». Супруга директора ЕРАМ — о тяжелом лечении от рака, рецидиве и надежде


Отстраивать белорусский бизнес после смены режима будет непросто, но интересно. А сейчас свое дело дает возможность делать то, что человек считает правильным. Такую мысль высказал CEO и cооснователь PandaDoc Микита Микадо во время открытия Всемирной недели предпринимательства Беларуси, которая проходит в Варшаве.

Микита Микадо. Фото из личного архива
Микита Микадо. Фото из личного архива

О войне и работе в этот период

Я надеялся, что здравый смысл у людей власть имущих есть, но оказалось, что нет. Случилась война — и это большой вызов. В нашей компании до 24 февраля 2022 года были люди и в России, и в Беларуси и почти 200 человек были в Украине.

Мы решили полностью закрываться в России и в Беларуси как по соображениям безопасности людей, так и из-за нежелания отправлять деньги в страны, откуда летят ракеты.

В Украине первые три месяца невозможно было доставить технику, лэптопы. Недавно мы выделили бюджет на закупку генераторов и еды в киевский офис, потому что война, электричество отключают, и мы хотели бы, чтобы офис был местом, где можно было бы погреться и поесть.

Может ли бизнес как-то повлиять на ход войны

Каждый человек может на что-то влиять. Море можно собрать из маленьких капель, главное, чтобы их были миллионы, миллиарды.

Должен ли человек что-то делать, мне сложно судить. В первую очередь, если мы делаем что-то хорошее, то делаем это и для себя. Потому что это соотносится с тем, за что в будущем нам не будет стыдно. Потом вам с этим комфортно или нет.

Занимаешься ли ты бизнесом или нет, ты остаешься человеком. Нам многим присущи совесть, сострадание и другие эмоции, которые приводят к тому, что когда ты видишь несправедливость, жестокость, то пытаешься с этим что-то делать. А что делать? Одна из опций — не молчать. Можно донатить. Вообще опций масса. Каждый человек может что-то выбрать в зависимости от своих возможностей и внешних факторов, которые его окружают. Я в этом случае не разделяю личную ответственность от ответственности бизнеса. Делаешь как чувствуешь. А бизнес — это та замечательная вещь, которая дает ресурс для того, чтобы делать то, что ты считаешь правильным.

О будущем белорусского бизнеса

Все зависит от перспективы. До смены власти все зависит от бизнеса. Судя по новостям, контрабанда сигарет вообще процветает. Там такая движуха, что я не знаю, где они покупают табак. Это прямо [огромные] объемы. А после [после смены власти] — это уже интересно, потому что старт будет низким.

Не стоит ожидать, что в Беларуси будет хоть что-то. А когда низкий старт, проще строить. Так например, в старых европейских городах сложно построить что-то новое, потому что там уже настроено, и тут и там всякие исторические ценности. А когда оказываешься на пустыре, то построить, как правило, проще.