ПЕРВАЯ ИГРА ОТ ЗЕРКАЛА!
Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. В Минске дорожает проезд в городском общественном транспорте
  2. США снимают санкции с «Белинвестбанка», Банка развития и Министерства финансов
  3. «Плошчы-2006» — 20 лет. Поговорили с участницей, одной из первых поставивших палатку в самом центре Минска
  4. Россия может готовить наступление на Донбассе: что фиксируют аналитики
  5. «Села ў турму за тое, што 20 рублёў мне пералічыла ў СІЗА». В Литву приехала часть освобожденных политзаключенных — первые впечатления
  6. США снимают санкции, Минск отпускает 250 политзаключенных. Аналитики — об итогах переговоров посланника Трампа с Лукашенко
  7. Более 2000 дней за решеткой. Как известные политзаключенные выглядели до и после освобождения
  8. «Знала много чувствительной информации, и не только о нас»: Павел Латушко — о возможном появлении Мельниковой в Минске
  9. «Была просто телом, которому что-то надо делать». Супруга директора ЕРАМ — о тяжелом лечении от рака, рецидиве и надежде
  10. Бывшая «правая рука» Лукашенко и его спутница скупают землю в крошечной деревне. Рассказываем детали
  11. «Она уже давно в Беларуси». Отец Анжелики Мельниковой признался, что она жива и здорова
  12. «Я не хочу бегать с автоматом по улице». Лукашенко — об освобожденных политзаключенных, оставленных в Беларуси
  13. «Не знала, что беларусы нас так ненавидят». Россияне массово решили переехать в Беларусь и удивились реакции
  14. Из России пришла новость по валюте. Рассказываем, как это может ударить по беларусскому рублю
  15. Спецпосланник Трампа Коул опубликовал первую фотографию освобожденных политзаключенных


Александр Лукашенко отметил, что находится на посту президента почти 30 лет и «всегда на стреме». Он считает, что если к власти в стране придут новые люди, то он не видит гарантий, что они смогут «удержать власть». Об этом он заявил 23 сентября во время посещения мемориала «Хатынь», сообщает его пресс-служба.

Лукашенко сказал, что сейчас в Беларуси в обществе «каша большая».

— Да, есть процентов 75 — это люди, которые сторонники наши и которые многое поняли. Но 25% — это немало. Это два с лишним миллиона человек. А 10%, около миллиона, они всегда были нашими противниками. Они просто врагами некоторые стали после этого. Вот этих мы должны видеть. С этими должны работать — прослойкой. Но и своих не терять. Тут должен быть очень тонкий подход, — заявил он.

При этом он заявил, что боится подвести госслужащих.

— Поэтому если вы видите, что я где-то там отпустил чего-то — какие-то вожжи, еще что-то — вы не должны думать, что я тут уже торгуюсь вашими мнениями. Вы не представляете, под каким я давлением нахожусь, прежде всего с вашей стороны. Я боюсь вас подвести. Думаю, ну вы на баррикадах стоите и меня там поддерживаете, из меня там лепите какого-то идола и так далее, а я подведу вас. Вас, госслужащих настоящих, которые за страну. Вы не представляете, это — самое ответственное дело, — сказал Лукашенко.

Он также в очередной раз заявил, что ему «осточертело» быть у власти. При этом он считает, что если к власти в стране придут новые люди, то он не видит гарантий, что они смогут «удержать власть».

— Когда говорят: «Вот Лукашенко, сколько он там будет…» Слушайте, да мне это уже осточертело. Я уже не знаю, за счет чего я вообще… Это ж скоро 30 лет: и днем, и ночью ты всегда на стреме. А с другой стороны, думаю: «Ну ладно, хорошо. Плюнул, пошел. Никто в меня камень по большому счету не бросит». А что будет с вами? И где гарантия, что… Ну ладно, мы приведем к власти (у нас еще хватает) нормальных людей. А где гарантия, что они удержат эту власть? Где гарантия? Гарантии нет. И тогда с вас начнут медленно, снизу вверх или сверху вниз шкуру сдирать. И я, если буду жив, как я буду жить? Или дети мои — меня не будет, как они будут жить? Они же все рядом со мной, в строю, — поделился Лукашенко своими переживаниями.

Напомним, Александр Лукашенко не раз заявлял, что «наелся» этой власти, но при этом не собирается от нее отказываться. А недавно он заявил, что при принятии обновленной Конституции надо было установить порядок, при котором органы власти, и особенно президент, избирались бы на Всебелорусском народном собрании.